Белая береза

[Волшебник]

У нас на Урале чего только ни случалось: то Земляная Кошка поблазнится, на охотников страх наведёт, то Малхитчица к себе в гору наилучшего мастера сманит, а то и сам Великий Полоз покажется, сполоху понаделает. Что всамделе было, что выдумка — кто разберёт? Оно ведь как бывает: увидел с ноготок, рассказал на локоток. Об одном только на приисках баять опасались — о чуди белоглазой.
Жил такой народ в наших краях в стародавние времена, а потом под землю схоронился, оттого что не захотели веру христианскую принимать. Вырыли ямы, поставили по углам столбы, настелили над ними крыши, навалили поверху землю, а сами сошли в эти ямы со всем своим добром, да и подрубили столбы. Что за народ — теперь уже никто не скажет. Одно известно доподлинно — руду в наших краях искали по старым чудским копищам. На тех местах и заводы ставились. Да ещё случалось, подбирали старатели бронзовые фигурки — образки чудские — зверей диковинных, птиц с личинами… В домах не держали, не к добру это. Сдавали перекупщикам за малую денежку. Всё прибыток.
Находились отчаянные головы, пробовали чудские курганы копать. Да только ничем хорошим это не заканчивалось. И то сказать, пойди ещё, найди тот курган. Все холмы в лесу не перелопатишь. Старики говаривали, что есть верная примета — на чудском холме непременно берёза растёт. Для чуди, нежити подземной, берёза — злое дерево. А для людей, наоборот, доброе, солнечное. Срубить такую берёзу — всё равно, что без охраны остаться. Не любит чудь людей, ежели открыть ей путь наверх, непременно беда будет.
Жил у нас на выселках мужик один негодящий, Семён, из старателей. По молодости была ему удача, намыл золотишка, да и выкупился на волю. Дом построил, женился. Жена его, Акулина, в девках первой красавицей слыла, да и потом мужики шеи сворачивали, как она по улице пройдёт. Только не выдалось ей счастья. Семён-то из тех был, у кого деньги сквозь пальцы утекают. Вроде в меру пьёт, да мера растёт.
Один сын у них был, Василий. Как вошёл в возраст, Семён начал его с собой на промысел брать. Да всё не ладилось у них. Случалось, такие крохи намоют, что чисто слёзы. Ну, и пропьют с горя. А как прослышат о чужой удаче, так завидки берут.
И втемяшилось Семёну с Василием чудской холм разрыть, добыть золото, что стары люди с собой схоронили. Отговаривали их, понятно, да хмель только себя слышит.
Ушли они и запропали. Акулина по соседям кинулась, бабы её утешают, старики брови супят. Кто посмелее, собрались, пошли искать. Где холм чудской — у нас знали. Приметное место, на вершине берёза росла, про такую говорят: макушкой небо подметает.
Ну, добрались до холма, смотрят — нет берёзы. Срублена и корни выкорчеваны. А рядом лопаты валяются и шапка Семёнова, в лоскуты подранная.
Начальству доложили, но кому охота доискиваться? В наших местах волки пошаливали, на них и свалили. А бабы с тех пор за ребятнёй следить начали, чтоб в потёмках из дома — ни ногой. Да и мужики старались лишний раз мимо того холма не ходить, крюк давали. Чудь-то на солнечный свет не выходит, по темноте только шастает, да в тот год осень выдалась ранняя, дождливая, солнца по цельным дням не видно. Вот и опасались. Обошлось, однако. Никто не пропал ни осенью, ни зимой.
Акулина по мужикам своим три дня в голос выла. А потом надоумили её знающие люди: иди, дескать, к холму, принеси подарки — самое что ни есть у тебя дорогое, да попроси вежливо, чтоб возвернули, кого забрали.
У Акулины в доме шаром покати. Из самого дорогого только серебряное колечко осталось, что Семён подарил, когда сватался. Да платок печатного ситца — сын купил со своего первого заработка.
Ну, наскребла Акулина муки, испекла пирог с грибами, завернула в платок вместе с колечком и отнесла на холм. Положила в яму, от берёзы оставшуюся, на колени встала, в землю поклонилась.
— Простите, стары люди, моего мужа Семёна да сына Василия за то что покой ваш нарушили. Коли живы — верните их мне. На что они вам под землёй-то?
И чует — смотрит на неё кто-то. А дело к вечеру, холм тенями укрылся. Вот из теней этих и послышался голос, зажурчал, как вода ледяная:
— Одна за двоих просишь — не много ли? Выбирай, кто тебе нужнее.
Она и раздумывать не стала.
— Сына, — отвечает, — верните.
Ну, сердце материнское кто осудит?

В ту же ночь Василий домой заявился — весь грязный, оборванный. Через порог перешагнул — споткнулся. Опосля трое суток пластом лежал. Соседям, кто заходил, рассказывал, что нашли они с отцом клад, хотели тайному купцу снести, да напали на них по дороге лихие люди. Василия до беспамятства избили и в овраге бросили. А что с отцом случилось, о том он не знает.
Понятно, не все ему поверили. Приглядывать начали, что дальше Акулина с Василием делать станут. А они потихоньку поправляться начали житьишком. Василий-то за ум взялся. Про кабак и думать забыл, инструментом обзавёлся по каменному делу, начал бляшки вытачивать, бусины, другое прочее, что в ходу было. Да так у него ладно пошло, словно с детства учился.
Акулина сперва радовалась, потом призадумываться начала. Камнерезы-то станок у окна ставят, где посветлее. А Василий в тёмном углу работает с одной свечой. И на улицу его днём не выманишь, даже по нужде в потёмках выходит. Поделки свои матери отдаёт, чтобы в город снесла, в лавку. И то чудо, что лавочник не торговался ни разу, брал за настоящую цену.
А ещё приметила Акулина, что в глаза сын не смотрит. Ходит по дому, в половицы утупившись.
Ну, от женского глаза разве скроешься? Акулина у печки возится, а сама следит украдкой. Как Василий голову поднял, так она и обернулась. Смотрит, а глаза-то у него белые, ровно рыбье брюхо.
У Акулины в руках ухват был, с ним и подступилась к обменышу:
— А ну, — говорит, — признавайся, нечисть подземная, где мой сын?!
Нахмурился он.
— А чем я тебе не хорош, Акулина? Разве не лучше тебе жить стало?
— Уговор был, что вы мне сына вернёте!
— Если вернём, не будет тебе радости. Меня прими.
Долго так уговаривал, да она упёрлась и одно твердит: верните моего сына! Плюнул он и ушёл. А не следующий день мужики за дровами поехали и нашли в лесу Василия — сидит посреди елани, палец сосёт, ровно младенец неразумный, весь обслюнявился. Домой его привезли, так он и мать не узнаёт.
Как ни билась Акулина, не удалось ей сына в разум вернуть. Ложку и то держать разучился. Под себя ходил. Один дома оставаться боялся. Уйдёт Акулина на работу, а он ревмя ревёт, захлёбывается.
Так они до середины зимы промаялись. А в аккурат на Святках, заявился к Акулине гость. Замоталась она в тот день с сыном, забыла дверь запереть. Слышит, в сенях кто-то затопал. Думала, ряженые пугать завалились. Прихватила из угла метлу, дверь распахнула и ахнула. Стоит перед ней Семён, молодой и здоровый, улыбается. Глаза белые в темноте серебром отливают.
— Здравствуй, — говорит, — Акулина.
И протягивает ей платок с кистями. По алому шёлку огненные птицы летят. Никогда она такой красоты не видела. А он из кармана золотое кольцо достаёт.
— Не приняла ты меня сыном, так мужем прими.
Замешкалась она. И надо бы отказать, а резкое слово в горле застряло. И кто знает, как бы у них повернулось, да тут Василий проснулся. Увидел гостя и затрясся весь, забился в падучей, руками закрывается, скулит. Акулина и очнулась.
— Уходи, — говорит. — Ничего мне от тебя не надо.
Усмехнулся он недобро:
— Пожалеешь, да поздно будет. Дважды ты от меня отказалась, третий раз не предложу.
Как дверь за ним захлопнулась, так Василий и затих, а к утру лихорадка у него началась. Долго мучился, к весне отпустило малость, на крыльцо выполз, солнышку улыбнулся да и помер.
А вскорости у старателей ребятишки пропадать начали. Кто пойдёт с отцом на промысел, тот и сгинет. Соседки на Акулину косо запоглядывали. В лицо-то не винили, а только пошло по народу, что нечисто у неё в доме. Акулина от того сама не своя стала, а в конце мая собралась и ушла, никому слова не сказавши.
Искали её, конечно, к холму чудскому ходили, да только вот что дивно — не только Акулины, но и холма не нашли. Вроде места все знакомые, а словно кружит кто. Ну, и отступились. Тем более, что с той поры больше не пропадал никто.

А через год проезжал через наш прииск купец один. Мужик ушлый, знающий. Рассказал, что видел в лесу чудской холм, а на вершине его вроде женщина лежит. По всем статьям — Акулина. Мох её одеялом укрыл, а прямо из сердца проросло к солнцу деревце — белая берёза.

[Alexander Bow]

На холме берёза стояла,
Божий мир от чуди защищала.
Некому берёзу заломати,
Кроме дурака да его бати.

[Алёна]

На холме берёза стояла,
Божий мир от чуди защищала.
Некому берёзу заломати,
Кроме дурака да его бати.

Это чудесно!
Традиция поэтических комментариев не умерла на формуме, это отрадно. Надо бы поддержать. Подумаю...

[Pearl-Malinka]

Бажовым повеяло, точь как его сказка и говор и смысл. Автор мастер слова. Благодарвую за то и поклон до полу

[Диана Тим Тарис]

Складно да ладно всё изложено. Как ручеёк неторопливый сказ бежит по лесной поляне.
Сердцу любо, да уму пища - поразмышлять, подумать.
От чего так бывает, а не иначе.

Одно не понятно, а почему детишки то пропадать стали?
Месть такова была? Но зачем за одну всему людскому роду мстить?

[Ulysses]

Спасибо автору за сказ Уральский, за Бажовскую традицию

[Олимпия]

Хороший язык, рассказ зацепил. Это надо читать каждому черному копателю, что бывает, когда из-за жажды наживы тревожат потусторонние силы. Это ж не только пирамиды мстят.
Рассказ подан, как мистический, а хотелось бы продолжения. Что-то мне подсказывает, что приличный детектив получился бы в стиле — «Зло должно и будет наказано». Дети же ни в чем не повинные пропадают.

[Алёна]

Хороший язык, рассказ зацепил. Это надо читать каждому черному копателю, что бывает, когда из-за жажды наживы тревожат потусторонние силы. Это ж не только пирамиды мстят.
Рассказ подан, как мистический, а хотелось бы продолжения. Что-то мне подсказывает, что приличный детектив получился бы в стиле — «Зло должно и будет наказано». Дети же ни в чем не повинные пропадают.

Зло не всегда можно наказать, если речь идет о нечистой силе. Остановить в лучем случае.

[Евгений3]

Во как, у Бажова родственник сыскался. Если не по крови, то по духу.
Однако очень уж чуден сюжет. И чуди эти чудны. Видимо речь идёт о хантах либо ненцах.
Я читал конечно о староверах, что бежали на севера от церковных гонений, но те вроде были русичами.
Так некоторые эти староверы действительно себя заживо хоронили или сжигали.
А рассказ ладно написан, спору нет.

[Волшебник]

Да что ж сказка такая грустная ! Очень хотел чтобы всё хорошо кончилось, а тут... Тяжко всё это, мужики дел наворотили, а теперь жена на себе страдания от их греха на себе несёт. Автор, не надо так !

поблазнится

Я узнал новое слово!)

[Евгений3]

Я узнал новое слово!)

Скорее уж, старое, обветшавшее слово. Я тоже заглянул в словарь.
А насчёт преданных и самоотверженных жён много преданий осталось, достаточно вспомнить историю Авдотьи рязаночки, что ходила из Рязани в орду искать пленённых мужа, сына и брата. Так вот хан, поразившись её смелости, разрешил забрать одного из трёх пленных её родственников.
А теперь, Волшебник, внимание, вопрос:
- Кого из троих выбрала Авдотья и как она объяснила хану свой выбор?

[Диана Тим Тарис]

Евгений3, мужа?
А сыновей ещё нарожать можно))

[Евгений3]

мужа?

Мимо, радость моя, мимо. Пусть теперь Волшебник отвечает.

[Мерзавец]

- Кого из троих выбрала Авдотья и как она объяснила хану свой выбор?

Я слышал эту загадку. Ответ знаю

[Волшебник]

Я узнал новое слово!)

Скорее уж, старое, обветшавшее слово. Я тоже заглянул в словарь.
А насчёт преданных и самоотверженных жён много преданий осталось, достаточно вспомнить историю Авдотьи рязаночки, что ходила из Рязани в орду искать пленённых мужа, сына и брата. Так вот хан, поразившись её смелости, разрешил забрать одного из трёх пленных её родственников.
А теперь, Волшебник, внимание, вопрос:
- Кого из троих выбрала Авдотья и как она объяснила хану свой выбор?

Брата? Потому что так она две семьи сделает счастливой, а не только себя.

[Евгений3]

Брата? Потому что так она две семьи сделает счастливой, а не только себя.

Угадал, но похоже, просто методом тыка.

Очень удивился её выбором хан и велел объяснить такой выбор. На что Авдотья ответила:
- Мужа я себе ещё смогу найти, я не старая. Сыновей тоже смогу нарожать, а вот новых братьев у меня уже не будет. Поэтому прошу тебя, хан, отпустить моего брата. Согласился хан и велел указать, который в полоне её брат. Авдотья попросила привести сюда весь рязанский полон, что и было сделано, все рязанские воины стояли перед ханом.
- Хан, ты не откажешься от своего слова и отпустишь со мной брата?
- Да, - отвечал хан, - моё слово твёрдое, отпущу.
- Каждый рязанец, что стоит перед тобой, это мой брат. Прошу тебя исполнить обещанное.
Расхохотался хан такой женской хитрости и отпустил весь рязанский полон.

С тех пор повелось на месте строительства новой Рязани при появлении на улице Авдотьи каждый житель кланялся ей в пояс. Вот такая удивительная легенда.

[Волшебник]

Угадал, но похоже, просто методом тыка.

Очень удивился её выбором хан и велел объяснить такой выбор. На что Авдотья ответила:
- Мужа я себе ещё смогу найти, я не старая. Сыновей тоже смогу нарожать, а вот новых братьев у меня уже не будет. Поэтому прошу тебя, хан, отпустить моего брата. Согласился хан и велел указать, который в полоне её брат. Авдотья попросила привести сюда весь рязанский полон, что и было сделано, все рязанские воины стояли перед ханом.
- Хан, ты не откажешься от своего слова и отпустишь со мной брата?
- Да, - отвечал хан, - моё слово твёрдое, отпущу.
- Каждый рязанец, что стоит перед тобой, это мой брат. Прошу тебя исполнить обещанное.
Расхохотался хан такой женской хитрости и отпустил весь рязанский полон.

С тех пор повелось на месте строительства новой Рязани при появлении на улице Авдотьи каждый житель кланялся ей в пояс. Вот такая удивительная легенда

Такая трактовка гораздо лучше )

[Pearl-Malinka]